Лицо бледное, поразительно красивое

Лицо бледное, поразительно красивое

Плутая по окрестностям ночного Коктебеля, корреспондент столичной газеты Рубен наконец-то набрёл на лагерь археологов. Он прилетел в Симферополь с заданием написать материал о раскопках древнего поселения на Карадагском берегу, но опоздал на рейсовый автобус и до Коктебеля добирался на такси. Час поздний, вокруг темень, вдобавок корреспондент толком не знал, где именно ведутся раскопки. Рубен долго бродил по задворкам Коктебеля, пока какой-то абориген не показал дорогу.

Рубен выставил коньяк, купленный в симферопольском аэропорту, и археологи легко приняли его в свою компанию. Ни о каком интервью с руководителем раскопок, Павлом Константиновичем Воротниковым, в такой поздний час, разумеется, не могло быть и речи, с ним Рубен надеялся пообщаться завтра. А пока москвич сидел возле костра и рассказывал молодым девчонкам всякие истории.

Сначала он не поверил, решил – какая-нибудь девка купается. Незнакомка стояла по пояс в воде совсем голая – а ведь речка Кучук-Карасу неглубокая. Девушка красивая, молодая, её длинные волосы сияли, спускаясь до бёдер, при этом выглядели совершенно сухими. Я удивлялся: почему не мокрыми, ведь русалка вышла из воды? «Я стоял метрах в десяти, – уверял Виталий. – Сам не понимаю, но волосы точно были сухими».

Русалка глядела на Виталия, не говоря ни слова, лишь манила рукой, мол, иди ко мне. Парень оцепенел. Словно загипнотизированный, двинулся он к чертовке прямо в одежде и вошёл в реку. Идёт, раздвигает речные коряги, смотрит на русалку заворожённо. А та всё манит: иди, иди.

Чебышев подходил к русалке всё ближе и уже мог различить её лицо: бледное, совершенно бескровное, поразительно красивое. Русалка загадочно улыбалась. И тут Виталий больно ударился ногой о камень на дне. Ощущение гипноза сразу исчезло. Виталик помчался обратно, поднимая брызги и проваливаясь в какие-то ямы. Выбрался на берег, оглянулся и слышит: русалка что-то говорит ему, а голос у неё чудной, трудно даже передать. «Пи-и-и! Пи-и-и!» – пищала она.

Прибежал приятель домой, трясётся весь, уснуть так и не смог. А потом начал у деревенских потихоньку выпытывать – вдруг кто-нибудь знает о водной нечисти в округе? И выяснил, что русалку видел не только он. Одна старуха, вполне вменяемая и при хорошей памяти, рассказала, что её брат встречал русалку, но не в речке, а в канале, который раньше впадал в Кучук-Карасу. Бестия тоже звала мужика к себе. На берегу канала когда-то стояла мельница, сейчас она заброшена. Рассказал брат старухе об этом случае, а после пропал. Вскоре его нашли в канале мёртвым – то ли сам утонул, то ли утопили, так и осталось неизвестным.

Сходил Виталий на ту мельницу. Канала уже нет, высох. Мельничное колесо перекошено, всюду запустение, а в стене мельницы, ниже уровня, где по всем приметам вода подходила, – углубление, похожее на пещеру. Подошёл Виталий к пещере, постоял, но заглянуть внутрь не решился и ушёл оттуда поскорее. Старые люди рассказывают, что русалки могут появиться где угодно и в любое время. Кстати, и в Чёрном море они тоже живут. Говорят ещё, что мужчин они приваживают ради продолжения своего рода.

Оставшееся до сна время Рубен пел песни под гитару, фотографировал разогретую коньяком компанию и даже закрутил короткий археологический романчик. Одна из девушек весь вечер строила столичному гостю глазки, а потом уединилась с ним подальше от свидетелей.

…В Москве Рубен написал заметку, расшифровал интервью, сдал фотографии. Распечатал несколько снимков для себя. Особенно ему запомнился один, где улыбающиеся девчонки сидят у костра, обхватив колени, а четвёртая слева – его ночная любовь.

Через неделю произошло нечто загадочное. Рубена вызвал шеф и сообщил, что его статью хочет купить английский журнал, корреспондент получит полагающуюся в таких случаях надбавку. Статья уже переведена, осталась сущая мелочь: англичане просят имена и фамилии сфотографированных археологов. На каком снимке? На том самом, где они сидят у костра. «Хорошо, – кивнул Рубен, – я свяжусь с Воротниковым».

Он набрал номер учёного.

– Павел Константинович, тут вот такое дело. Для публикации нужны имена и фамилии ребят, которых я снял. Фотографию я вам выслал по электронной почте. Получили? Отлично. Тогда продиктуйте, пожалуйста, имена всех слева направо. Записываю.

– Дарья Анисимова, Наталья Петрякова и Светлана Красноярова, – перечислил археолог имена студенток. – Все из Москвы. МГУ, факультет археологии.

– Павел Константинович, вы о четвёртой забыли!

– Та, которая четвёртая слева? – переспросил Воротников. – Но я её не знаю, она не наша. В тот вечер мы её в первый раз увидели. Подумали, что эта девушка вместе с вами подошла к костру. Той ночью она ушла и больше не появлялась.

Владимир ГУБАНОВ


Источник